Багуачжан (багуа-цюань)

Считается, что одним из первооснователей Багуачжан был мастер Дун Хайчуань (Донг Хайчуань). Хотя достоверных тому источников нет, но он был первым, кто стал преподавать стиль Багуа широкой публике. Именно поэтому в Багуачжан его называют «первоучителем» (сянь ши).

Жизнь Дун Хайчуаня преисполнена легенд, о нем написана книга, но достоверных фактов об этом человеке, к сожалению, практически не существует. Согласно одной из легенд, Дун родился в конце XVIII века (1797 г.) в провинции Чжили, близ небольшого города Вэньань. На протяжении долгой истории эти земли славились сильнейшими мастерами кунг-фу. Один старый биограф утверждает, что мастер Дун с самого детства был неравнодушен к воинскому искусству, имел твердый нрав, всегда выступал за справедливость. По неоднозначным причинам Дун Хайчуаню однажды пришлось уйти из своей деревни. Одной из основных версий его ухода является тот факт, что Дун, научившись стилю архата, довольно широко распространенному направлению в боевых искусствах в те времена, отправился странствовать по миру, с целью найти для себя подходящего соперника и выдающегося мастера. Легенда говорит о том, что в один день, когда Дун Хайчуань странствовал в горах Цзюхуашань, он встретил странного старика, который был странно одет. Несмотря на свои годы, старик держался прямо, внешне выглядел довольно молодым, а поступь его была легка, словно он не ходил, а парил над землей. В тот момент Дун понял, что хочет обучаться у этого человека, а старец, в свою очередь, согласился взять его в ученики. Дун стал жить со стариком в его хижине и усердно тренировался, постигая тонкости необычного боевого искусства. Суть новой для будущего мастера техники заключалась в том, что перемещения рук и ног соответствовали круговороту восьми триграмм. Это – главные символы «Книги Перемен».

После того, как Дун Хайчуань обучился всему, что смог передать ему старый даос, он ненадолго вернулся в свою родную деревню, затем ему пришлось уехать в Пекин. По некоторым источникам Дуну пришлось стать евнухом, когда он находился при дворе императора. Однако это никак не повлияло на уровень его мастерства в Багуачжан. В то же время, снова же, согласно легендам, мастер Дун встретил в Пекине мастера Го Юньшэна, который практиковал Синъи-цюань. Они решили провести между собой поединок. Го Юньшэн до встречи с Дун Хайчуанем, легко справлялся с любым соперником, но мастер багуа оказался ему не по зубам. Бой между ними длился три дня, а завершился он победой мастера Дуна. Считается, что этот как раз и был переломный момент, когда ученики багуа и синъи могли учиться друг у друга, а Го Юньшэн и Дун Хайчуань стали хорошими друзьями.

Позднее, когда мастер Дун образовал свою школу, он стал обучать в ней только тех людей, которые были простыми работягами и кормились своим ремеслом или простой торговлей.

Сам Хайчуань был смелым и уверенным человеком, он всячески презирал несправедливость и учил своих подопечных бороться с ней. Были слухи, что однажды один из его учеников стал использовать Багуачжан в личных злых целях. Мастер Дун узнал об этом, он вызвал ученика на поединок, который завершился смертью последнего. Слухи говорят, что Дун часто участвовал в народных восстаниях и, если не принимал в них открытого участия, то помогал народным вожакам.

Что касается количества учеников, которые были у Дуна Хайчуаня, здесь тоже нет точных цифр. По одним источникам, у него было более 1000 учеников, по другим – 72. Одни недостоверные факты говорят о шести личных учениках, другие – о восьми.

Известно то, что учитель Дун употреблял мало пищи. Он считал, что есть нужно ровно столько, чтобы исчезло чувство голода. И этого вполне достаточно, чтобы можно было накопить нужное количество ци и правильно ее использовать.

Перед смертью мастер сказал, что надеется, что его искусство не будет позабыто и будет передаваться из поколения в поколение. Когда Дун Хайчуань умер, проститься с ним пришло много людей. Похоронили мастера за Восточными воротами Пекина, а над его могилой установили могильную плиту. В 1980 году по просьбе Ли Цзымина прах учителя Дуна был перенес на другое кладбище недалеко от столицы. На новом месте захоронения была установлена и новое надгробие с именами других мастеров Багуачжан.

Основатель Багуа-цюань с радостью принимал учеников, однако его методы обучения не всегда были понятны. Он никогда не расписывал на бумаги какие-либо вопросы, лишь на словах объяснял, что и как нужно делать. Много времени он уделял внутреннему пониманию своей системы. Мастер Дун говорил, что лучше выучить один прием, чем целый комплекс, и выучить одну фразу, чем один прием. Здесь речь идет именно о понимании техники, а не подражании ей. Лю Фэнчунь был любимцем мастера Дуна. Этот ученик не знал столько приемов, сколько остальные, но в том, что он умел – совершенствовался усердно, без остатка отдавая себя процессу обучения. Он понимал то, что делает, а это в глазах учителя было самым главным.

Стоит отметить, что Дун Хайчуань не обучал всех одинаково, у него был индивидуальный подход к каждому ученику, опираясь на его врожденные способности. Именно этим и объясняется тот факт, что уже во втором поколении появилось несколько разных направлений Багуачжан, а внешне эти техники явно отличаются друг от друга. Первоначальные формы Багуа-цюань были дополнены различными практиками и техниками, поэтому сложно говорить о каких-то постоянных элементах. Впрочем, чтобы сохранить хоть какую-то последовательность и определенность, спортивные чиновники Китая установили определенные комплексы, которые сейчас используются в основном для показательных выступлений. Однако особенность Багуачжан заключается в том, что неважно, какая внешняя форма присутствует в технике. Главное – внутреннее состояние, которое является сугубо индивидуальным для каждого человека. Изучая один и тот же стиль Багуачжан, внешние формы могут различаться у учеников, одинаковой остается лишь традиционная база. Впрочем, и она претерпела множество изменений и дополнений.

После смерти Дун Хайчуаня его некоторые его ученики создали свои направления в Багуачжан. Но до сих пор самыми известными из них являются стили мастеров Чэн Тинхуа, Инь Фу и Лян Чжэньпу.

Чэн Тинхуа

Наверное, Чэн Тинхуа был самым известным из учеников мастера Дуна. Он был родом из провинции Хэбэй, которая на протяжении долгого времени славилась своими мастерами кунг-фу. Практически с раннего детства занимаясь единоборствами, уже в пять лет у Чэна были хорошо поставлены удары руками и ногами. Несмотря на то, что он родился в бедной семье, много и усердно работал, он не переставал практиковаться в ушу. Однажды в Пекине Чэну посчастливилось оказаться в доме Дун Хайчуаня, увидев которого он сразу ему поклонился как учителю. После этого Чэн Тинхуа все свое свободное время тратил на обучение Багуачжан, что сразу его выделило среди других учеников. В будущем, когда Чэн стал мастером Синъицюань, это повлияло и на созданное им направление в Багуа-цюань. Его стиль стал настолько успешным, что молва о Чэне Тинхуа вмиг разлетелась по всему Пекину.

Мастер Чэн был добрым и душевным человеком. Он всегда рад был помочь советом каждому, кто в нем нуждался. У него было много учеников, но среди всех учитель выделял своего сына Чэн Хайтина.

Когда было восстание ихэтуаней, мастер был на стороне восставших. В одной из стычек с оккупационными войсками (1900 год, по другим источникам 1901 год) он был убит в попытке оказать достойное сопротивление. Говорят, что некоторое время спустя, уже после его смерти, мастера видели живым.

У Чэн Тинхуа было несколько известных в будущем учеников, которые продолжили дело своего мастера и его стиль еще долгие годы пользовался большим авторитетом среди остальных школ боевых искусств. К таким ученикам относились известный Сунь Лутан и брат учителя Чэн Дяньхуа.

Инь Фу

Еще одним из самых известных учеников Дун Хайчуаня был Инь Фу. Он был родом из уезда Цзи. После того, как Инь Фу перебрался в Пекин, он стал зарабатывать себе на жизнь продавая лепешки, а параллельно учился владению мечом. Услышав, что во дворце проживает удивительный человек, владеющий кунг-фу, Инь стал часто продавать лепешки возле дворца, чтобы хоть раз увидеть Дун Хайчуаня. Сам же мастер Дун довольно быстро обратил внимание на продавца лепешек, но не спешил знакомиться с ним. Лишь спустя какое-то время, наблюдая за ним, Дун пригласил Инь Фу к себе в гости. Таким образом Инь и стал обучаться у Дун Хайчуаня боевому искусству. Сначала он изучил технику «кулака архата», которая в значительной степени развила в нем силу и ловкость. Лишь подготовив свое тело внешне, Инь приступил к «внутренним» тренировкам. Он стал изучать знаменитые Ладони Восьми Триграмм. Очевидно, что «кулак архата» оказал определенное влияние на созданный впоследствии Инеем свой стиль Багуачжан, которые отличался низкой стойкой и сжатыми накрепко пальцами ладони таким образом, что они напоминали меч. После того, как мастер Дун ушел из дворца Су-вана, Инь Фу, в отличие от большинства других учеников, не покинул учителя и продолжал активно заниматься боевым искусством.

В те времена император Гуансюй хотел вновь возвеличить Китай, сделать его сильным и могущественным. Для этого он предложил Инь Фу обучать его армию боевым искусствам. По слухам, даже приемная мать Гуансюя, императрица Цыси, проходила обучение у мастера Инь.

На закате своей жизни Инь Фу был довольно богатым человеком, однако он не стал корыстным и алчным. Наоборот, среди большого потока учеников были такие, кто всем сердцем хотел обучаться кунг-фу и таким людям мастер даже финансово помогал. Сам он вел скромную жизнь и никогда не ставил себя выше других.

В 90 лет мастера Инь Фу не стало. Он умер абсолютно здоровым. Наследие учитедя подхватили два его сына. Они переехали жить в Шаньдун, где направление Багуачжан стиля Инь приобрело огромную популярность.

Среди самых известных учеников Инь Фу можно выделить Ма Гуй, по прозвищу Ма-Коротышка или Деревянный Ма (он был низкого роста и занимался столярным делом) и Цао Чжици, который стал заниматься ушу, чтобы поправить свое плохое здоровье. Однако, войдя во вкус и серьезно увлекшись кунг-фу, он беззаговорочно следовал наставлениям мастер Инь Фу.

Лян Чжэньпу

Лян Чжэньпу был одним из трех знаменитых учеников мастера Дун Хайчуаня. За то, что в столице он зарабатывал себе на жизнь продажей старой одежды, ему дали прозвище Старьевщик Лян. Это его вовсе не обижало, он всегда был борцом за справедливость, защищал слабых, сам был довольно храбрым человеком. Как и Инь Фу, Лян был родом из провинции Хэбэй.

Среди учеников Лян Чжэньпу стоит выделить его родственника и земляка Ли Цзымина. Помимо Лян Чжэньпу Ли обучился искусству багуа у Чжан Чжанькуя и Шан Юньсяна. Мастер Ли Цзымин был богатым человеком, он владел большим предприятием. Однако это не помешало ему заниматься, практиковаться и продолжать традиции Багуа-цюань. Учитель Ли был очень хорошим человеком, даже во времена «культурной революции» он не переставал обучать Багуачжан.

Спустя какое-то время он основал и возглавил «Ассоциацию по изучению Багуачжан». Под его эгидой объединились многие известные мастера Багуа. Сейчас в этой Ассоциации насчитывается более 300 человек. При жизни Ли Цзымин стал автором многих трудов, в которых затрагивал темы фундаментальных основ Багуа.

На закате своих лет Ли Цзымину все сложнее было проводить много времени за тренировками кунг-фу, поэтому, чтобы не тратить время попусту, он стал заниматься живописью и каллиграфией. Таким образом, он достиг не вероятных высот не только ушу, но и в искусстве.

Помимо перечисленных выше мастеров, можно выделить еще и Цзян Жунцзяо, который был мастером Мицзун-цюань (Школа Обманчивого следа). Впоследствии он образовал собственный стиль Багуа, который называется Новые Восемь Ладоней. Примечательно, что это направление до сих пор считается одним из самых популярных во всем Китае.

Особенности Багуачжан

Главной особенностью Багуа-цюань считается постоянное перемещение по кругу. Это происходит и во время выполнения форм и в ходе поединка. Все движения словно истекают друг из друга, из одного рождается другое. Во многих школах Багуачжан хождение по кругу является базовым упражнением, в ходе которого ученики в дальнейшем отрабатывают различные боевые техники. Но есть и такие направления Багуа, где круговое перемещение является лишь отдельным упражнением, а боевые приемы изучается по прямолинейным траекториям.

Как и любая друга «внутренняя» школа, Багуачжан построена на определенных принципах, без соблюдения и понимания которых нельзя правильным образом постичь искусство Восьми Триграмм. Ли Цзымин говорил, что если ученик знает основу стиля, то он со временем поймет и весь смысл приемов. А это, в свою очередь, и есть постижение традиций школы. Этот путь нельзя пройти вместе с учителем. Учитель лишь задает верное направление, но пройти все это ученик должен один.

Мастер Ли Цзымин выделял несколько принципиальных составляющих Багуа:

  1. Движение по сфере. Благодаря движению по такой траектории мастер накапливает внутреннюю энергию цзин, которая применяется ими во время боев. Помимо этого, вращение тренирует ноги, а это очень важно для достижения мастерства. Круговое движение позволяет выполнить любое движение: смена направления, перемещение корпуса или рук, помогает в целом контролировать ситуацию в динамичной обстановке. Что касается боевого применения, при вращении можно успешно провести контратаку или наоборот, избежать атаки, отступив для дальнейшего планирования своих действий. В конце концов, правильное и, в то же время, хаотичное движение, может запутать противника, поставить его в неловкое положение, что может повлиять на исход боя.
  2. Следование. Это понятие редко встречается в терминологии Багуачжан, однако оно необходимо для понимая даосской мудрости. В Багуа под следованием понимается не принятие неизбежности в бою или в любой другой ситуации, а наоборот – максимальная адаптация к сложившимся обстоятельствам. Внешне, человеку не осведомленному может показаться, что мастер Багуачжан попросту отступает, но это не так – он адаптируется под тот ритм, который изначально задал противник и, подстроившись по него, начнет свои оборонительно-наступательные действия.
  3. Следование естественности. Здесь подразумевается тот факт, что следует полностью положиться на свои жизненные свойства, те задатки, которые были заложены природой. Но это не означает, что стоит жить, полагаясь лишь на свои инстинкты. Чтобы добиться состояния следования естественности, нужно долго и упорно тренироваться, добиться духовной возвышенности и чистоты разума. Необходимо оставить все материальное, а затем оставить само желание что-либо оставлять. Даосы говорят: Оставь и еще оставь». Проще говоря, чтобы достичь внутренней гармонии, необходимо исключить из своей жизни все факторы, которые мешают сосредоточению и успокоению. Если посмотреть на следование естественности с точки зрения боевого применения в Багуа, то здесь мастер просто действует по обстоятельствам: необходимо ударить ногой – он бьет ногой, даже если это входит в комбинацию приемов. Нужно ударить рукой? Пожалуйста. И т.д. Мастер подстраивается под противника, намеренно избегая сложных комбинаций и маневров.
  4. Согласие покоя и движения, жесткости и мягкости. Принцип равновесия и противоположностей просматривается во всех внутренних школах кунг-фу. Однако в Багуачжан это еще и умение из одного вызвать другое: например, из покоя – движение, из мягкости – жесткость и наоборот. Без одного не может быть другого. У всего есть свои истоки, которые зачастую абсолютно противоположны тому, что из них вытекает. Из союза противоположностей и вытекает главная сила не только Багуачжан, но и всех других похожих школ. Здесь нет места односторонности в использовании внутренней энергии. Если не получается правильно применять жесткость и мягкость, пустотность и наполненность – можно нанести серьезный вред своему здоровью. Это – цельность жизни, как говорят китайские мастера.

Жизненная энергия ци и внутренняя сила цзин

Если говорить кратко, то главным мастерством в кунг-фу является умение накапливать, укреплять и распоряжаться своей жизненной энергией ци. Так говорят китайские мастера.

Давным давно китайцы поняли, что энергия ци бывает пяти видов:

  1. Ци, которое заложено в каждом человеке.
  2. Ци, которое человек получает благодаря дыханию и насыщению организма кислородом.
  3. Ци, которое содержится в крови и лимфе.
  4. Ци, которое подпитывает внутренние энергетические каналы.
  5. Ци, которое является защитным и находящимся в тканях организма.
  6. Ци, которое дается каждому человеку в самом начале, т.е. непосредственно при зачатии.

Каждый из этих видов играл и играет большую роль в китайской медицине и в психофизическом развитии даосских практик. Стоит отметить и работу с ци во многих школах боевых искусств.

Примечательно, что у каждой внутренней школы китайских боевых искусств существует своя особенная методика работы с внутренней энергии. Почему так – толкового ответа дать никто не может, это и есть один из секретов даосских практик. Однако эти школы объединяет нечто особенное – столбовое состояние – статичная поза, принимая которую мастер накапливает внутреннюю энергию. При этом обязательно еще и медитировать. Вообще, древние мастера говорили, что изучение кулачного искусства без медитации и столбового состояния – это пустая трата времени. Энергию нужно накапливать и укреплять.

Что касается внутренней силы цзин, то о ней можно говорить с физической и духовной точки зрения. Мастера кунг-фу считают, что цзин воспроизводится от всего организма, а не какой-то определенной его части. Китайцы уверена, что такая сила намного превосходит силу физическую, но при этом не требует каких-то усилий. Наоборот, для порождения цзин необходимо полностью расслабиться, войти в состояние самоопустошения. Именно поэтому цзин и называется внутренней силой.

Понять и научиться применять внутреннюю силу не получится без чувствовании, так называемых, «семян вещей». Эта уникальная способность дает возможность мастеру кунг-фу предугадывать дальнейшие действия противника. Внешне это выглядит как молниеносная реакция, но на самом же деле мастер просто понимает и, будто, видит что противник предпримет дальше.

У каждой школы внутренних стилей существуют различные виды цзин, которые применяются с определенными ударами. В Багуачжан насчитывает восемь таких разновидностей, из них четыре считаются самыми значимыми:

  1. Сила отвода – гунь.
  2. Сила прилипания – чжан.
  3. Сила раскрытия – чжэн.
  4. Сила скручивания – ли.

Группировка этих цзин происходит попарно, ведь по законам китайских внутренних боевых искусств на каждое действие есть противодействие.

В Багуа-цюань считается, что всякое движение происходит от действия различных противодействий. Мастера кунг-фу считают, что любое движение в боевом искусстве исходит из Единого Ци пустоты. Из этого следует вывод, что мастер боевых искусств – это не тот, кто выучил досконально всем приемы, а кто понял сущность каждого из этих приемов.

Багуачжан